Внимание сразу двух внедорожных клубов привлек в этом году заброшенный доселе Печорский тракт - таежная дорога, соединявшая через Тиманский кряж Печору с Мезенью. Одесский клуб экстремального автотуризма "Направление" отправился на преодоление старого почтового тракта со стороны республики Коми, а московский Ленд Крузер клуб шел навстречу одесситам со стороны Мезени. Болота, реки, сгнившие гати и разрушенные мосты, а главное полная автономность маршрута, без возможности аварийного схода - главные факторы, определившие экстремальность обеих экспедиций.

  -Не задавите собаку! - возглас прозвучал в рациях как шутка, но никто не шутил. Пес был худым, со старой, уже зажившей раной на бедре. С огромной жадностью он стал поглощать сухари - все, что удалось быстро извлечь из наших запасов.

   Мы восьмой день в тайге. Позади уже 115 километров пути от Мылы - последней деревни, оставленной за спиной, где-то там, в республике Коми. Впереди еще столько же по Архангельской области, если они проходимы, то окончанием нашего маршрута станет деревня Усть-Кыма на Мезени. Впрочем, сомнений в проходимости остатка Печорского, или как его называют на Печоре - Архангельского тракта, у нас почти не осталось.

  А еще дней десять назад, когда мы ехали по узкой, чудом, не утонувшей в бескрайних болотах песчаной полоске, которая здесь гордо именовалась дорогой на Ираель, идея пройти здесь 230 километров без дороги казалась безумной. И дома, и потом в Ухте, Усть-Цильме, Мыле люди, которые бывали в этих местах, пытались убедить нас в непреодолимости старого почтового тракта на автомобилях.

   -Вы вернетесь. - Парень с АЗС Лукойл в Усть-Цильме уже знает куда, откуда и зачем мы едем. Он как раз недавно натолкнулся на сайт клуба, когда искал информацию о своем селе.

-Почему?

   -Там болота, я ездил на снегоходе до Фатеевской.

   А вот это уже интересно.… Любую информацию от тех, кто бывал на Тракте мы с жадностью впитываем. Пока штурманы доводят запас топлива до трехсот литров на машину, на столе, в здании бензоколонки появляются карты и навигационный компьютер.

   Вообще надо заметить, что местные жители никогда не остаются равнодушными, если имеют возможность как-то помочь. Специально для нас в селах открывались магазины и начинали работать неработающие паромы, а вопрос о Тракте мог собрать целый консилиум из половины жителей деревни.

На красивом берегу разлившейся Печоры вынужденно проводим два дня. В выходные нет парома в Трусово. О пароме в Филиповской вообще ничего не известно, кто-то говорит, что он есть, но работает нерегулярно, кто-то утверждает, что парома там давно нет. Используем время для знакомства с Усть-Цильмой, посещаем сельский музей (ради нас он открыт в выходной день).

   История Усть-Цильмы богатая и древняя. Поселок основан в середине 16-го века. Сначала Иван Ластка с товарищем Власком, привлеченные природными богатствами края основывают временное промысловое становище у впадения в Печору реки Цильма. Однако уже на следующий год товарищи переезжают на противоположный высокий берег Печоры из-за половодья.

Здесь, на выгоревшем участке леса поселенцы начинают обрабатывать землю, к ним постепенно присоединяются жители Двины, Пинеги, Кевролы и Мезени. Так появляется Усть-Цилемская слобода, что закрепляется полученной Ивашкой от Ивана Грозного жалованной грамотой.

   В понедельник с раннего утра ждем парома. Холодно, временами моросит мелкий дождь. Постепенно съезжаются машины. Их все больше, и мы начинаем понимать, что все на паром не войдут. Наконец баржа, ведомая буксиром, причаливает к берегу. Оказывается весь транспорт, кроме наших четырех машин - это встречающие. После пересечения Печоры паром входит в устье, и поднимается на несколько сот метров вверх по одной из проток Пижмы. По берегам из воды торчат верхушки небольших деревьев и кустов, после двух недель безостановочных дождей, все реки в разливе.

 От парома едем по прекрасной асфальтированной дороге. Перед нами стоит выбор, дело в том, что наши сомнения по поводу парома в Филиповской никто так и не развеял, а на карте есть короткая дорога вдоль правого берега Цильмы, которая позволяет нам избежать двух паромов, в том числе сомнительного. Смущает только то, что никто из местных там не ездит, все же предпочитая паромы. Вот и перекресток, пока есть время, и мы решаем попытать счастья. Уже через четыре километра платим за свою дерзость порванным лебедочным тросом, сорванной об ветки горловиной на канистре, и потерей нескольких часов. Решаем экономить топливо и силы для основного маршрута, и вернуться к паромам.

   В Рочево переправляемся довольно быстро, затем грунтовка до Филиповской, где нас встречает вытащенный на берег паромный буксир. Двое перепачканных маслом людей, появившихся из его недр, советуют нам попытать счастья в деревне, оказывается у кого-то здесь есть самодельный паром для трактора.

   Владелец парома - почти земляк, учился в Одессе, потом работал на заводе ЗОР. По одной переправляем машины на довольно утлой посудине, потом на том берегу отмечаем встречу. Дальнейшая дорога - все та же часть Тракта, по которой мы попытались двигаться утром, здесь она идет по болоту, но под слоем воды - гать. Еще час, и мы на берегу Мылы. Несмотря на наши опасения, река проходима вброд, последствия дождей здесь уже не так заметны. Из деревни вся река как на ладони, наша кавалькада привлекает повышенное внимание, на подъеме от реки нас уже встречают. Здесь тоже никто не верит в возможность реализации нашего плана, но охотно показывают выезд на Тракт из деревни. Уже вечер, но мы решаем продолжить движение, удается пройти четыре километра от деревни, вползаем на лебедках на размытый подъем и становимся на ночлег.

Утром стартуем поздно. В одной из машин захлопнули ключи, попытки их достать не увенчались успехом, потеряв больше часа, разбиваем стекло. Дорога встречает нас мокрыми глинистыми подъемами, почти во все приходится затаскивать машины на лебедках. Затем подъемы сменяются болотами. К счастью, под слоем воды и мха сохранилась старая гать. Иногда машины с нее падают, и тогда тратим целые часы на то, чтобы поставить внедорожник обратно. Чахлая болотная растительность в этих случаях служит очень ненадежным якорем для лебедок, порой приходится удерживать деревья руками.

Проходим брод через Бобров-ручей, на выходе - болотце, гати нет. Забрасываем путь ветками, поверх кладем алюминиевые мостки. За ручьем пошли длинные участки болот и заболоченного леса, несколько раз надолго застреваем в местах, где не сохранилась старая гать. Под вечер выходим к реке Лиственничная Валса. Здесь есть мост, видимо недавно построенный охотниками, рассчитан на лошадей, но выдержал и наши машины. На том берегу - изба Фатеевская - бывшая почтовая станция. Красивое место на холме в окружении сосен приятно радует глаз, после пройденных за день болот. Мало, кто верил, что мы дойдем хотя бы сюда.

С утра едем по чистой просеке, вокруг светлый еловый бор, но как все хорошее, такая дорога быстро заканчивается. Снова вокруг болота, двигаемся не торопясь, с разведкой, нащупывая оптимальную траекторию их проезда. К концу дня выходим к броду. Остатки моста запрудили русло ручья, на пути лужа. Полметра воды, очень глубокий ил и беспорядочно торчащие из него бревна. Принимаем решение разобрать запруду и спустить воду, а утром построить мост.

   Утро начинается с горячего обсуждения конструкции будущего моста. Вода за ночь ушла почти вся, решаем положить на ил поперечины из толстых бревен и уложить на них длинные бревна потоньше. Мост длиной 25 метров готов к двум часам дня, можно ехать. Болота встречаются все реже, мы поднимаемся на Тиманский кряж - водораздел бассейнов Печоры и Мезени. Две машины, моя и Теодора Резвого постоянно отстают из-за съемок, решаем разделиться, два других экипажа уходят вперед.

 К вечеру из под капота моей машины стал раздаваться неприятный стук. Результаты осмотра неутешительные - распался на две части шкив коленвала. Одна часть так и осталась на валу, другая свободно вращается по первой и бьет по картеру двигателя. Кое-как добираемся до места ночевки - избы Петра Илларионовича - именно так это место обозначено в карте. Начинаем ремонт. Открутить шкив, затянутый с усилием 420 Нм оказывается непростой задачей, гнутся ключи и удлинители, а гайка остается на месте. Уже темно, откладываем ремонт на утро.

   Утром находим толстую полосу металла, привариваем к ней головку на 32, а полосу к лому, таким инструментом удается снять шкив. Дальше - дело техники, подручными средствами центрируем шкив и подвариваем его к внутреннему кольцу. Собираем все обратно и вперед! Тем более что один экипаж уже давно ушел прокладывать дорогу.

Двигаемся по Тиманскому кряжу, высоты около 200м, болота встречаются реже, в бродах твердое дно, поэтому, несмотря на поздний старт, проходим больше, чем в любой из предыдущих дней. Под вечер - новая проблема, пропала зарядка на Mitsubishi L200. Лебедка быстро разрядила аккумуляторы, и машина оказалась в трудной ситуации. Стоя на мостках посреди болота, с неработающим мотором, она медленно, но стабильно тонула, пока остальные пытались найти траекторию для объезда. Потом долго, с трудом вытаскиваем L200 на противоположный берег. В очередном болотце Mitsubishi снова заглох, вынимаем его на пределе возможностей моей 5-ти тонной лебедки, решаем ночевать и ремонтировать генератор, дальше так ехать нет смысла. Наша разведка - где-то далеко впереди, связи с ними нет, предполагаем, что они уже доехали до станции Борковская. Ночуем на небольшом сухом пятачке между двух болот.

 Утром реанимируем генератор, к часу дня все готовы продолжить путь. Едем по водораздельным болотам Тимана, здесь наверху они отличаются от тех, что встречались нам в первые два дня. Их глубина, как правило, меньше, да и размеры скромнее, именно болота питают истоки множества рек, стекающих по обе стороны Тиманского кряжа. Дорога здесь сильно заросла, кустарник и мелкие деревья ограничивают обзор длиной капота. Едем практически вслепую, единственное подспорье - следы нашей разведки, и записки, которые они оставляют. В записках - рекомендации, как лучше проходить очередное препятствие.

   Внезапно дорога улучшилась, пошел бор, и наши три машины, оказались на огромной красивой поляне. Вокруг несколько изб, бытовки, из бани вьется дымок, стоит накрытый стол. Посреди поляны - Ванина машина. Оказывается здесь, на Борковской, наш передовой экипаж разведчиков встретился с геологической экспедицией. Четверо геологов работают по заказу иностранной компании, ведут разведку на золото, показывают нам уже найденные кусочки золотоносной породы. Болтаем допоздна на разные темы, о политике, о тайге, о походах, о перспективах этого богатого ресурсами края земли, в котором остается все меньше молодежи, о нашей заброшенной дороге и о самой станции Борковская.